У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
Екатеринбургский театр оперы и балета, Екатеринбург
Премьера 4 апреля 2025 года
Премьера 4 апреля 2025 года
спектакль
У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
Над спектаклем работали:
Либретто: Леонид Лавровский и Мира Мендельсон-Прокофьева по книге Павла Бажова «Малахитовая шкатулка»
Дирижер-постановщик: Павел Клиничев
Хореограф-постановщик: Антон Пимонов
Режиссер, художник-постановщик: Юлиана Лайкова
Художник по свету: Сергей Васильев
Драматург: Богдан Королёк
Выпускающий продюсер: Евгения Петрова
Декорации для спектакля выполнены мастерской «Сценические решения»:
Куратор проекта, технолог: Надежда Хинская
Конструктор: Павел Галузов
Слесарно-сварочный цех: Максим Кузнецов, Александр Рындин, Сергей Ремнёв, Виктор Егоров, Павел Никитин, Валерий Никитенко, Антон Черноусов, Музаффар Сапаров
Столярный цех: Алексей Миронов, Денис Аксенов, Василий Мацку, Данила Ломовцев, Юрий Плутахин, Петр Евсеев
Художественно-бутафорский цех: Елена Русакова, Юрий Боровских, Наталья Меркульева, Леонид Валеев
Электробутафорский цех: Дмитрий Леонтьев, Роман Пехотин, Евгений Заверненков, Юрий Покровский, Николай Грозев
Монтировочный цех: Сергей Согрин, Сергей Поздняков, Григорий Труфанов, Денис Маккамбаев, Евгений Депотапчук, Дмитрий Басакович, Михаил Андреев, Евгений Алексеев
Дирижер-постановщик: Павел Клиничев
Хореограф-постановщик: Антон Пимонов
Режиссер, художник-постановщик: Юлиана Лайкова
Художник по свету: Сергей Васильев
Драматург: Богдан Королёк
Выпускающий продюсер: Евгения Петрова
Декорации для спектакля выполнены мастерской «Сценические решения»:
Куратор проекта, технолог: Надежда Хинская
Конструктор: Павел Галузов
Слесарно-сварочный цех: Максим Кузнецов, Александр Рындин, Сергей Ремнёв, Виктор Егоров, Павел Никитин, Валерий Никитенко, Антон Черноусов, Музаффар Сапаров
Столярный цех: Алексей Миронов, Денис Аксенов, Василий Мацку, Данила Ломовцев, Юрий Плутахин, Петр Евсеев
Художественно-бутафорский цех: Елена Русакова, Юрий Боровских, Наталья Меркульева, Леонид Валеев
Электробутафорский цех: Дмитрий Леонтьев, Роман Пехотин, Евгений Заверненков, Юрий Покровский, Николай Грозев
Монтировочный цех: Сергей Согрин, Сергей Поздняков, Григорий Труфанов, Денис Маккамбаев, Евгений Депотапчук, Дмитрий Басакович, Михаил Андреев, Евгений Алексеев
Фото: Екатеринбургский театр оперы и балета
У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
Художественная задумка:
Хореограф Антон Пимонов вместе и Юлиана Лайкова, выступающая как сценограф, автор костюмов и режиссер, отталкиваются от мифологии сказов Бажова и дополняют ее, вслушиваясь в прокофьевскую музыку. Сегодня трудно ставить «Каменный цветок» лишь о секретах изготовления малахитовой вазы. Это сценическая история об особом «уральском народе», а также о том, как не окаменеть, если вокруг вырастают каменные цветы.
Юлиана Лайкова, режиссер, художник-постановщик:
«В нашем случае Медная гора – не просто место действия. Пространство является участником, а не фоном. Камень обычно представляется холодным и безжизненным, а от слова "цветок" веет теплом, – стало быть, внешне холодное может быть жарким внутри. Весь балет строится вокруг двойственности живого и неживого, темного и светящегося. Камень сам по себе ни жив, ни мертв, а в руках Данилы он начинает светиться».
У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
История создания декораций для спектакля:
Когда к нам поступил заказ от Екатеринбургского театра оперы и балета на декорации к балету «Каменный цветок», мы поняли — нам предстоит не просто работа, а путешествие в мир уральских сказов. Нам выпала честь материализовать волшебство, создать из металла и огня каменное царство Данилы-мастера по сценографии художника Юлианы Лайковой, с которой мы уже не раз работали вместе.
У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
Горы
Сердцем и костяком сценографии «Каменного цветка» стали горы. Шесть видов, шесть характеров. Наши слесари и сварщики собрали для них металлокаркасы, после чего они отправились на порошковую окраску и были сданы нами для дальнейших бутафорских работ.
Юлиана Лайкова, художник-постановщик:
«Я очень люблю театральную теорию Николая Евреинова и его принцип монодрамы. Если кратко, суть в том, что сценография спектакля связана с персонажем и взаимодействует с ним все действие. Если меняется настроение, характер персонажа, это отражается в сценографии и выражается через нее. В нашем случае Медная гора — не просто место действия. Пространство является участником, а не фоном.Чтобы придумать новый спектакль, было важно понять, что за место породило сказы Бажова и привлекло Прокофьева.
Хотелось, чтобы Медная гора, которая в реальности никогда не была вершиной, приняла фантазийный театральный вид. Основная декорация может выглядеть просто скалой, а может быть частью хвоста огромной ящерицы, самой Хозяйки. Гора как героиня балета, мир спектакля и его миф».
«Я очень люблю театральную теорию Николая Евреинова и его принцип монодрамы. Если кратко, суть в том, что сценография спектакля связана с персонажем и взаимодействует с ним все действие. Если меняется настроение, характер персонажа, это отражается в сценографии и выражается через нее. В нашем случае Медная гора — не просто место действия. Пространство является участником, а не фоном.Чтобы придумать новый спектакль, было важно понять, что за место породило сказы Бажова и привлекло Прокофьева.
Хотелось, чтобы Медная гора, которая в реальности никогда не была вершиной, приняла фантазийный театральный вид. Основная декорация может выглядеть просто скалой, а может быть частью хвоста огромной ящерицы, самой Хозяйки. Гора как героиня балета, мир спектакля и его миф».
У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
Камень
Одним из ключевых элементов декораций стал Камень на фурке — гигантский самоцвет, который должен был двигаться по сцене. Мы изготовили для него металлическую конструкцию, закрепив к фурке (специальной передвижной платформе). Затем в дело вступили столяры, которые зашили объем фанерой, создав идеальную основу для бутафоров. Скульпторы добавили объема с помощью пенопласта, придав Камню рельеф, а затем наши художники-бутафоры наложили специальную «шубу», превратив безликую заготовку в массивный, испещренный «жилками» и бликами камень, готовый хранить тайну Хозяйки Медной горы.
Юлиана Лайкова, художник-постановщик:
«Урал не зря называют Камнем. Нужно было проникнуть в суть Камня , чтобы он сам подсказал, какие люди живут на поверхности и какие чудеса скрываются внутри него. Камень обычно представляется холодным и безжизненным, а от слова цветок сразу веет теплом, и мы исходили из того, что внешне холодное может быть жарким внутри. Весь балет строится вокруг двойственности живого и неживого, темного и светящегося. Камень сам по себе ни жив, ни мертв, а в руках Данилы он начинает светиться».
«Урал не зря называют Камнем. Нужно было проникнуть в суть Камня , чтобы он сам подсказал, какие люди живут на поверхности и какие чудеса скрываются внутри него. Камень обычно представляется холодным и безжизненным, а от слова цветок сразу веет теплом, и мы исходили из того, что внешне холодное может быть жарким внутри. Весь балет строится вокруг двойственности живого и неживого, темного и светящегося. Камень сам по себе ни жив, ни мертв, а в руках Данилы он начинает светиться».
У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
12 лепестков для Каменного цветка
Но самой поэтичной и кропотливой работой стали двенадцать лепестков Каменного цветка. Мы хотели, чтобы они не просто были, а жили, дышали, переливали свет. Каркасы каждого лепестка гнули из стальной трубы, добиваясь идеальной, летящей линии. К ним крепили поликарбонат — материал современный, но ему предстояло стать хрупкой «каменной» тканью. Наш художник-бутафор Юрий Боровских, работая словно стеклодув, направлял на листы пламя горелки. Поликарбонат плавился, изгибался, надувался под жарким дыханием, обретая ту самую волнистую, невесомую форму. И финальный штрих — наши бутафоры вручную приклеивали к каждому лепестку ажурные «листья», создавая дивную, сказочную фактуру.
Юлиана Лайкова, художник-постановщик:
«Мы придумали внутри горы огненно-витражный мир с нависающими лепестками-облаками. В финале первого акта эти огненные листы вместе с большим ансамблем танцовщиков составляют Каменный цветок, особое подземное явление. Во втором акте Данила оказывается внутри бутона. Это простая метафора: если ты как художник готов дойти до конца, до отчаяния, ты можешь потерять себя. Материал в руках художника всегда может поглотить его, как ученого — знание, как композитора — собственная музыка».
«Мы придумали внутри горы огненно-витражный мир с нависающими лепестками-облаками. В финале первого акта эти огненные листы вместе с большим ансамблем танцовщиков составляют Каменный цветок, особое подземное явление. Во втором акте Данила оказывается внутри бутона. Это простая метафора: если ты как художник готов дойти до конца, до отчаяния, ты можешь потерять себя. Материал в руках художника всегда может поглотить его, как ученого — знание, как композитора — собственная музыка».
Для воздушных, парящих сцен мы изготовили каркасы подвесных декораций — малого и большого Солнца. Эти конструкции, легкие и прочные, стали основой для тканей и росписи, позволив балету обрести еще одно измерение — высоту.
Завершили мы производство световой башней. Это несущая конструкция для световых приборов, ей предстояло оживить наши декорации, наполнив их глубиной и цветом.
Когда последняя фура с нашими «скалами», «камнями» и «лепестками» отправилась в театр, мы выдохнули , испытав волнительное чувство сопричастности — в наших цехах родились не просто декорации, а часть Урала, часть сказки.
Мы дали балету не фон, а пространство для хореографического и художественного высказывания. И теперь, когда зал погрузится во тьму, а на сцене расцветет созданный нами Каменный цветок, мы будем знать, что и в нашей работе есть частица волшебства Хозяйки Медной горы.
Когда последняя фура с нашими «скалами», «камнями» и «лепестками» отправилась в театр, мы выдохнули , испытав волнительное чувство сопричастности — в наших цехах родились не просто декорации, а часть Урала, часть сказки.
Мы дали балету не фон, а пространство для хореографического и художественного высказывания. И теперь, когда зал погрузится во тьму, а на сцене расцветет созданный нами Каменный цветок, мы будем знать, что и в нашей работе есть частица волшебства Хозяйки Медной горы.