У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
Театр «Мастерская»,
Санкт-Петербург

Премьера 5 октября 2019 года
спектакль
У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
Над спектаклем работали:
Режиссёр: Александр Баргман
Помощник режиссёра: Алёна Паршина
Ассистент режиссёра: Николай Реутов
Художник-постановщик: Анвар Гумаров
Художник по костюмам: Елена Жукова
Художник по свету: Тарас Михалевский
Завпост театра «Мастерская»: Татьяна Артамонова

Декорации для спектакля выполнены мастерской «Сценические решения»:
Куратор проекта: Карина Федосеева
Конструктор: Елена Степанченко
Слесарный цех: Максим Кузнецов
Столярный цех: Илья Гайворонский
Бутафорский цех: Влад Балаклейский
Электробутафория: Дмитрий Леонтьев
У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
Художественная задумка:
История у режиссера Александра Баргмана разворачивается ретроспективно: все, что видит зритель, — он видит глазами смертельно раненого Сирано. Такой прием очень сценически выгоден. Появляется возможность быстрее «прокручивать» моменты, не слишком важные для того, кто вспоминает, задерживаться на тех, которые слишком дороги, а некоторых — например, актера Монфлери — и вовсе не допускать до подмостков.

Субъективизация истории (все — глазами героя) исключает необходимость жизнеподобия: действие должно лететь, парить над сценой, не спотыкаясь о ненужные детали и держа стихотворный ритм. Вихревое, стремительное движение. Красные носатые маски и гофрированные воротники, едва теплящиеся в темноте свечи в канделябрах, раздвижные ажурные сине-красные ширмы — стандартный набор, обозначающий «яркую театральность».

У правого портала установлено кресло, как цитата из множества версий «Сирано де Бержерака». Именно в таком кресле Сирано предстоит сыграть свою финальную сцену, выкрикнув: «Но если уж умирать, так умирать не в кресле! Нет! Шпагу наголо! Я в кресле не останусь!» Оттуда с этого кресла он оглядывается на всю свою жизнь…

Во втором акте на фоне голубоватого «лунного» задника с закругленной темной рамой все трое — Роксана, Сирано, Кристиан — словно неприкаянные тени в пространстве вечной и не осуществимой в реальности любви.

Текст: Евгения Тропп, Петербургский театральный журнал

«Есть совсем немного пьес, которые я всегда хотел поставить — их не более пяти, среди них «Сирано». И так звезды сошлись, что мы разговаривали с Григорием Михайловичем Козловым и он предложил мне поставить что-нибудь. И зная, что здесь сильнейшая труппа и сильнейшие артисты — с Женей Шумейко мы уже не раз работали, у меня всё мгновенно сошлось и мой ответ был «да, это будет Сирано».

Мне кажется, во все времена есть потребность рассказать о человеке, ищущем свободу, правду, самого себя, о человеке страдающем. О человеке колоссального истового темперамента и склада ума. Никуда не девая важные темы, о чем человек протестует: против среды и против общества, тем не менее для меня важнее всего тема любви, все повороты сюжетов происходят только в связи с тем, что Сирано устал бессмысленно жить и обрёл этот смысл только в том, что вспомнил, что у него есть единственный человек на свете, которому он мог бы себя посвятить как мужчина и как в результате поэт, и зовут этого человека Роксана.

Пьеса сама по себе замечательная, что не нуждается ни в каких концептуальных режиссерских ходах. Мне хотелось сделать чувственный красивый спектакль».
Александр Баргман, режиссёр:
У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
История создания декораций для спектакля:
Мы узнали о том, что в театре «Мастерская» планируется постановка «Сирано де Бержерак», в начале июня этого года. Художник этого спектакля нам давно знаком — Анвар Гумаров. Мы получили эскизы, составили, как обычно, список декораций, но долго не могли встретиться с художником и поговорить с Татьяной завпостом — лето, пора отпусков и театральных гастролей в Китае отложили этот проект до начала августа.
Подробнее
В августе всё закрутилось, мы пригласили художника и очень быстро за одну встречу обсудили все решения. К этой встрече мы очень хорошо подготовились, у нас уже были эскизы и понимание по объему: три двери, которые ходят на дорогах, пара мягких декораций и большое количество подсвечников от гигантских до самых маленьких. К тому же мы были завязаны на поставку материалов: линолеума для пола и ткани для луны.

Двери у нас получились фактурные богатого синего цвета с интересным 3D-рисунком и вставками из монолитного поликарбоната для того, чтобы работать на просвет.

Мы проработали вместе с конструктором Еленой Степанченко эти двери, она подготовила сборки, чтобы на встрече с художником мы могли их проговорить, тогда же мы принесли краски, фактуры и материалы, чтобы можно было за одну встречу определиться со всем объёмом и сразу запустить его в производство. Времени до первой монтировки у нас оставалось буквально три недели, что мало даже для такого небольшого спектакля.

У нас была сложносоставная работа: помимо каркаса и зашивки мы изготовили необычную фактуру, которую мы не каждый день делаем, хотя и знакомы с технологиями. Но всегда хочется, чтобы было время на ошибку и эксперимент, потому что у нас такое дело, которое нигде не прописано и не запатентовано. Открытые решения есть, но они так или иначе видоизменяются от проекта к проекту по требованию специфических нужд режиссера и художника.

Так что мы запустились очень быстро, а с некоторыми нюансами мы уже разбирались на «этапе красоты» по бутафорской части. Нам нужно было подготовить 3D-модель фактуры, отмасштабировать ее, согласовать и запустить на наш фрезерный станок ЧПУ. Фактуру мы сделали из пеноплекса и сверху покрыли полиэфирной смолой, которая создает корку поверх пеноплекса и придаёт ему гладкую поверхность, потому что изначально он шершавый и довольно хрупкий.
У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
Об электробутафории:
С электробутафорией в таком большом количестве канделябров была проделана большая работа. Мы сначала удивились габаритам, но вспомнили, что у нас есть замечательная технология, которую мы по-простому называем «давлёнка». Наш технолог Карина Федосеева расчертила и подготовила часть деталей, чтобы отвезти мастеру давлёнщику, в основном, это были сферические элементы. Остальные детали — это была точёнка, выполненная из дерева. Поэтому по канделябрам у нас где-то была полностью давлёнка, собранная на шпильку, где-то с добавлением деревянных элементов, а часть подсвечников была закуплена с последующей доработкой.

В каждый подсвечник встроена подсветка со свечой. Свеча представляет собой бутафорское изделие из ПВХ-трубочки и самого огонька. Огоньки мы покупали из готовых электрических свечей, саму начинку мы не брали, нам нужны были только формы огоньков, которые мы вынимали из них. А элемент питания — светодиод в наконечнике и провода — спрятаны в ПВХ-трубке в основании подсвечника. Часть подсвечников работают на радиоуправлении с пульта, остальные включаются по кнопке на корпусе.

Еще у нас был один интересный элемент в этом спектакле — луна. Это мягкая декорация. Когда мы думали, из чего бы ее сделать, сначала предлагали сделать ее полностью мягкой — сшить полноразмерный задник и в нем сделать специальное окошко для луны, чтобы она могла светиться и при этом ее можно было натянуть так, чтобы края не засвечивались. Но ввиду серьезных ограничений в бюджете мы остановились на варианте сшить только саму луну.

У нас были определенные опасения по части швов — если бы мы взяли габардин шириной полтора метра, то вся наша 10-метровая в диаметре луна была бы в швах. Тогда мы выбрали специальную ткань для натяжных потолков — это наш уже довольно известный лайфхак. С ней есть один только нюанс — она сильно мнётся, но если ее хорошо подгрузить, то она ведёт себя хорошо и светится отлично и, главное, на ней нет швов, потому что она 5-метровой ширины. К тому же обошлась она нам довольно бюджетно, и она всегда доступна в продаже с коротким сроком поставки.