У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
Театр балета имени Леонида Якобсона,
Санкт-Петербург

Премьера 5 декабря 2019 года
спектакль
У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
Над спектаклем работали:
Балет в 3-х действиях по мотивам повести А.С. Пушкина
Либретто Иньяки Урлезаги на основе либретто М. И. Чайковского
к музыкальной драме П.И. Чайковского «Пиковая дама»
Хореография: Иньяки Урлезаги
Художник-сценограф: Эцио Фриджерио
Художник-технолог: Риккардо Массирони
Художник по костюмам: Франка Скуарчапино
Художник по свету: Виничио Кели

Декорации для спектакля выполнены мастерской «Сценические решения»:
Куратор проекта, конструктор-технолог: Юлия Виноградова
Конструкторы: Петр Сотников, Константин Михайлов, Андрей Савицкий, Владимир Кутейников, Дмитрий Ковалёв
Слесарный цех: Максим Кузнецов, Павел Никитин, Виктор Паккар
Столярный цех: Илья Гайворонский
Бутафорский цех: Анна Гагарина
Художники-исполнители: Влад Балаклейский, Андрей Дазиденко
Электробутафория: Дмитрий Леонтьев
Мягкие декорации: Екатерина Кочурова, Людмила Сальникова
У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
Художественная задумка:
«Пиковая дама» — синтез классического балета и драматического театра в исполнении международной постановочной команды по приглашению театра балета имени Леонида Якобсона, обращена к русским культурным корням. Аргентинец Иньяки Урлезага, в послужном списке которого значатся "Травиата", "Сильвия", "Белоснежка", предложил петербуржцам трехактный балет-роман. Хореограф сочинил собственное либретто, положенное на музыку оперы Чайковского.

Художниками на «Пиковую даму» пригласили Эцио Фриджерио (сценография) и Франку Скуарчапино (костюмы). Многолетние сотрудники Джорджо Стрелера, они когда-то пришли в балет по зову Ролана Пети и прославились сотрудничеством с Рудольфом Нуреевым (в Большом театре идет их «Спящая красавица» в постановке Юрия Григоровича). Эта пара мастеров старой итальянской школы воспроизводит в театре «реальность, только лучше». И на сцене БДТ, где показали премьеру «Пиковой дамы», Фриджерио не побоялся выстроить Петербург в Петербурге — узнаваемые силуэты Летнего сада, Никольского собора, колонны и дворцовые залы. Его со Скуарчапино «Пиковая дама» — это не только балет Урлезаги, но и воспоминание о великой оперной сценографии Владимира Дмитриева, прожившей в Москве и Ленинграде больше полувека и неотделимой от оперы Чайковского.

Текст: Анна Галайда, Российская газета
«Я очень доволен и даже не ожидал, что встречу такой высокий уровень художественного исполнительского мастерства, который получил! Мне нечего сказать [аплодирует], я удивлён!

Мне любопытно, как так в нашей стране, где до сих пор модно производить выкрашенные декорации, которые, к слову, мне не нравятся, как так у вас получилось добиться такого прекрасного уровня мастерства производить подобные высокохудожественные вещи, которыми я впечатлён. Потому что я в русской сценографии не вижу такого типа декораций, мне кажется здесь это ремесло осталось в прошлом.

«Пиковая дама» — это первая моя постановка и сценография здесь в Петербурге. До этого мне уже случалось дважды сюда приезжать по работе, один раз это было с Валерием Гергиевым и потом еще с один проектом, но поскольку я очень требовательный, это ни к чему не привело.

Я уже в очень пожилом возрасте, но надеюсь, что мне ещё представится возможность вернуться и снова поработать здесь».
Эцио Фриджерио, художник-сценограф:
У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
История создания декораций для спектакля:
5 декабря 2019 года в БДТ им. Г.А. Товстоногова состоялась премьера «Пиковая дама» театра балета им. Леонида Якобсона, созданного по сценографии известнейшего итальянского художника Эцио Фриджерио и ассистирующего ему художника-технолога Риккардо Массирони. Несмотря на то, что это балетный спектакль, в его оформлении использовано огромное количество жёстких декораций, занимающих почти три 12-метровых фуры. Оформление спектакля чёрно-глянцевое монохромное.
Подробнее
Основные элементы декораций, которые мы запустили в первую очередь, — портальные колонны 8,5 м высотой. Они интересны тем, что являются жесткими кулисами. Как известно, балетные спектакли плановые, классические, и в нашем случае портальные башни выполняют эту функцию.

Кроме того, по ходу спектакля эти башни передвигаются по сцене, занимая различные положения. Башни стоят на колесах, сверху они закреплены к дорогам. Бóльшая часть работы, которую мы выполнили, как обычно не видна зрителю, — это три довольно мощные дороги с большими каретками в обхват. Если каретка для занавеса маленькая и умещается на ладони, то здесь это были каретки в пол метра, вырезанные из стального листа с роликами по 8 штук на каретку. Сама каретка жёстко закреплена к портальной башне. Дорога имеет возможность заправить альпинистский шнур и с его помощью управлять движениями башен невидимым для зрителя способом.

При первом монтаже выяснилось, что башни прекрасно двигаются и без шнура, их можно двигать руками, при этом им хватает жёсткости, чтобы на высоте человеческого роста передвигать каретку — колёса не закусывают и прекрасно работают. Это была интересная деталь, в которой мы долго сомневались, и она в итоге у нас получилась.

Сами колонны выполнены из алюминиевого профиля. Для зашивки была выбрана алюминиевая композитная панель, у которой с двух сторон тонкий слой алюминия и внутри пена. Кроме того, что это сложносоставное изделие с каркасом, на плоскостях мы зашивали композитом — отрисовывали файлы для того, чтобы отправить листы композита на ЧПУ-станок, вырезать верхний слой, чтобы его можно было согнуть. Кромка у композита получается очень аккуратная, загибается под 45° и сам угол получается без стыка материалов — чистый красивый край. Мы заворачивали композит вовнутрь колонны и крепили его на клей для зеркал и на заклёпки.

На портальных башнях есть элементы в виде баз колонн дорической круглой формы без узоров. У нее много ступеней и овальных радиальных форм, которые, конечно, не зашьёшь композитом и в этом случае мы выбрали особый вариант исполнения: отрисовывали модели, резали пенопласт, стыковали его и отдельные детали с закруглениями отдавали на стеклопластик.

Мы наносили стеклопластик методом распыления, изначально никак не машировали и не укрепляли пенопласт, наносили грунт и далее распыляли стеклопластик слоем 4-5 мм — получилась довольно сильная вещь, которая не требует упаковки, единственное ее слабое место — это края. Она ремонтопригодная — ее можно спокойно отремонтировать стеклотканью.

Финально, чтобы выровнять стеклопластик и композит, нам пришлось покрыть колонны полиэфирной смолой, заколерованной в чёрный. Нанесение полиэфирной смолой в чистом обеспыленном помещении позволяет сделать поверхность как у рояля. Такая задача у нас стояла по крайней мере и нам это удалось. Покрытие было в два слоя, с обратной стороны алюминий и композит также были покрашены в черный для того, чтобы не было бликов от световых приборов.
Первая картина спектакля открывается видом на некую фантазию — решётку Летнего сада. Итальянский художник Эцио Фриджерио нарисовал очень изящное изделие с тонкими прутиками, линиями, изгибами и декоративными элементами. При этом длина решётки составляет порядка 14 м, а высота в самой высокой точке — 6 м. При такой тонкости и габаритах это изделие, конечно же, нежизнеспособно. Начертить его нетрудно, оно спокойно делится на сегменты благодаря пруткам — ставим двойную трубу, и всё это прекрасно собирается на болты.

Художник Эцио Фриджерио был от нас далеко, его обязанности в Петербурге выполнял его ассистент Риккардо Массирони, он очень боялся предлагаемых нами усилений и дополнительных ферм и говорил, что всё это будет видно. Но мы понимали, что видно не будет и без этого никак не обойтись. К решётке сверху и снизу мы добавили по две стальные фермы 200 мм для жёсткости конструкции. Предъявляемые художественные требования к этому изделию заключались в чугунной фактуре.

Так как на всех гастрольных площадках мы имеем ограничения по грузоподъёмности штанкетов и театр не всегда может запросить необходимые точки подъёма, которые могли бы выдержать тяжелые декорации, все подвесные детали мы выполнили из алюминия, в том числе и эту решётку.

Мы долго сражались за то, как изобразить кованность при том, что в театре ковка «немного зачем?». У нас в команде есть талантливый человек Павел Никитин, который обожает такие вещи, у него сразу горят глаза и он начинает что-то придумывать, гнуть, какие-то элементы подваривать и зачищать. Поэтому прорисовав основной рисунок по эскизу художника, мы отдали его Павлу и он дальше разработал эту идею.

Красивая резьба, изображающая литьё над решёткой, выполнена вручную резкой из пенопласта, покрыта стиротаном и закреплена на каркас. Остальные мелкие выпуклые элементы — цветочки, пики — слеплены из пластилина так же вручную и отлиты из пластика smooth-cast. Для такого огромного количества деталей это идеальная технология помимо печати. Потом они очень хорошо встают на саморезы. Сзади них приварены алюминиевые пластины, к которым они крепятся. И финалочка — полиэфирная смола с песком, которая издалека выглядит точь-в-точь как чугун.
Самым ярким изделием спектакля и звездой сцены стала большая изразцовая печь. Она высокая и стройная. Для того, чтобы она была устойчивой, мы поставили её на черепахи и дополнительно подгрузили. Конструкция у нее элементарная — стальной каркас, зашитый фанерой и сверху изразцы.

С изразцами у нас сложилась длинная история: мы их моделили в 3D-Max — каждую картинку, а там 3 яруса разных изразцов. Затем запустили образец из МДФ на ЧПУ, проверили глубину рисунка и показали художнику. Ему показалось, что глубина недостаточна. Тогда мы углубили модель и отправили снова на ЧПУ, еще раз согласовали с художником и перешли к стадии отливки. Отливали панелями по несколько изразцов размером 60х100 см. И дальше панели из пластика крепили на саморезы к фанере.

Мелкие элементы карниза там, где один ярус переходит в другой, выполнены вручную из пенопласта и покрыты смолой. Сама печь полностью покрыта полиэфирной смолой и расписана под глазурь. Получилась многосоставная история. Нам не так часто удается поработать с такими сложными фактурами, это было интересно.

В той же сцене с печью с другой стороны сцены выезжает кровать — она представляет собой станок на роликах покрытый золотом. Простая и удачная конструкция с каркасом под балдахин. Балдахин получился максимально легкий и незаметный, легко устанавливается наверх кровати. Иногда сложно сделать, что-то простое. Декоративные элементы на кровати — шарики и шишечки — были выполнены на наших 3D-принтерах. Мы их тоже моделили в 3D-Max.

В сцене Бала с помощью 3D-печати собраны 6 резных стульев. В основе алюминиевый каркас, фанера, обивка бархатом, а весь резной декор выполнен на 3D-принтере и дальше собран на клей саморезы к алюминию и фанере. Потом мы расписали стулья. Вид из зала потрясающий, к тому же мы их печатали с плотным заполнением, так что они практически не ломаются и довольно ремонтопригодны. У нас есть все модели, их можно в любой момент напечатать и подклеить. Это всё несложно.

Еще одним большим объёмом декоративной работы в спектакле «Пиковая дама» для нас стала огромная картина на мольберте. Сама картина напечатана, но поскольку прямая печать даёт тусклое и безжизненное изображение, наш художник двое суток ее подписывал и вытягивал из нее цвета и энергию.

Мольберт — каркасная конструкция с скульптурными элементами сверху и снизу, выполненными из пенопласта, покрытыми стеклопластиком. Рядом с картиной стоят большие подсвечники — мы их называем «жабами». В их основе алюминиевый каркас, частично зашитый фанерой, все декоративные элементы — это ручная резка из пенопласта с покрытием смолой. Внизу у подсвечников ножки в виде львиных лап в стиле ампир — мы их печатали с выемкой внутри под алюминиевый каркас. Основание подсвечника тоже алюминиевое, а все его красивые детали слеплены вручную из пластилина и отлиты из пластика smooth-cast.

Подсвечники управляются с пульта, в них установлены светодиоды, плафоны на свечах напечатанные из ПЭТа. Мы впервые в этом спектакле настроили один из наших 3D-принтеров именно под печать из ПЭТа, потому что он даёт лучшее светопропускание, с меньшей структурностью, вещь выглядит как литая, а не напечатанная послойно, в то время, как ABS не даёт такой чистоты и слоя.

Мы также создали 4 большие полуобъемные люстры из стали, поскольку каркас у них минимален и алюминий не прожил бы здесь долго, поэтому использовали стальную трубу - пруток и лист нарезанный на гидроабразиве. Нарезали полукруги с отверстиями для нитей с бусинами, которые идут из яруса в ярус, через каждую нить пропустили леску для укрепления. На люстры мы также установили плафоны на свечи из напечатанного ПЭТа.

С полуобъёмными люстрами, поскольку они тяжёлые, есть опасность, что они могут перевешивать в одну сторону, из-за этого их неудобно убирать наверх — они отходят от вертикали и могут цеплять соседнюю навеску. Для этого мы сделали специальный груз и рассчитали центр тяжести так, чтобы люстра была точно вертикальна, т.к. развеска в этом спектакле была очень плотная.

Также у нас были ещё малые люстры полнообъёмные на алюминиевом каркасе с бусинами и плафонами из ПЭТа и также на управлении.
Мы также создали две объёмные для балета декорации — во-первых, это стена с окном, через которое входят призраки. К ней устанавливается большой станок. Стена алюминиевая, собрана попоясно, там очень много декора, но в черном цвете его практически не видно. Там есть полукруглое обрамление окна из стеклопластика и очень много ступенчатых рельефов, которые частично выполнены из алюминия, фанеры и тоненьких брусочков. В качестве окна на эту стену сзади установлен монолитный поликарбонат 6 мм, расписанный как будто это запотевшее стекло от дождя.

И вторая самая большая декорация в этом спектакле — это стена-задник, которая участвует в сцене Бала, когда мы видим 4 люстры. Она полностью выполнена из алюминия. Мы долго не могли попасть в установленный габарит веса 1 тонну, в итоге стену разделили на две части, обе её части висят на штанкетах, по два на каждую. Получается за кулисами, когда идет перемена актов, верхнюю и нижнюю части стыкуют посредством больших алюминиевых ловителей и устанавливают стенку на поворотные откосы.

Стена получилась тяжелой, потому что художник не хотел ничего нам уступить, в итоге мы поставили туда стекла из монолитного поликарбоната 4 мм — он дает очень большой вес, к тому же на стенке очень много объёмного декора настоящего, а не нарисованного — например, огромные колонны — это всё скульптурная работа из пенопласта, но мы опять же его покрывали стеклопластиком слоем в 4-5 мм. Она тоже дает свой вес. И финальным штрихом во всей этой тяжелой конструкции было то, что художник захотел неравномерную песчаную фактуру бетона и нам пришлось положить на эту стенку порядка 6 мешков плитонита (напыление делали компрессором, смешивая плитонит и ПВА), а это очень утяжеляет всё.

У стенки есть верхняя ферма, к которой крепятся стальные подвесы. Она собирается попоясно, каждый ярус порядка 1,6 метров. Все стыковки сделаны двойными трубочками. Колонны навешиваются отдельно на крюках, так как не хотелось их сильно быть по поясам. Где-то они крепятся механическим способом на шпильку.

Для одной из сцен балета мы изготовили еще одну жесткую декорацию — фурочки с набережной очень похожей на набережную реки Фонтанки в Петербурге. Это сталь, там тоненькая трубочка, а объем мы набирали уже фанерой и пенопластом. Она сама по себе очень узкая и не опрокидывается вперед за счет того, что у нее есть ступенька спереди и это придает ей устойчивость. Нам изначально показалось, что она массивная по сравнению со своим прототипом на Фонтанке, тем не менее на заднем плане сцены она смотрится отлично.
У НАС БОЛЕЕ 70 ИНТЕРЕСНЫХ ПРОЕКТОВ
ДЛЯ РАЗНЫХ СПЕКТАКЛЕЙ
И ТЕАТРАЛЬНЫХ ПОСТАНОВОК
О мягких декорациях для спектакля:
Отдельно стоит упомянуть про текстиль и мягкие декорации. В сцене с выезжающей кроватью мы выполнили сложную работу по балдахину — он двойной из вуали, задрапирован на вкус художника. В этой же сцене участвует 11-метровая вуаль на стенке-окне, на которой мы напечатали градиент и повесили ее на специальный карниз с устройством, предполагающим быстрый съём шторы — уронить её, не залезая наверх, и убрать при смене на следующую сцену.

Мы также изготовили покрывало с цветами для картины на мольберте. Этой же тканью мы перетянули стулья. Еще из мелкого текстиля у нас была красивая скатерть с вышивкой и кружевами на золотой столик в сцене комнаты Лизы.

Также в последней сцене на столах мы пошили зелёные скатерти. На первый взгляд в них нет ничего примечательного, но они с секретиком: чтобы ткань не спадала и всегда находилась в одном положении, внизу под юбкой сделана резинка, и каждая скатерть крепится на нее под столешницей, чтобы стол можно было быстро убрать или вынести и при этом не поправлять скатерть. У нее скроен верхний круг, под него сделан специальный закрой, чтобы его можно было завести под столешницу. Скатерть под ней натягивается на резинку, и к кругу на столешнице мы уже пришиваем юбку. Поэтому это не просто единый кусок ткани, а сложноскроенное изделие.

И наконец, для этого спектакля мы сделали три полноразмерные мягкие декорации: три сетки — одна интермедийная сетка на первом плане, без аппликации, бесшовная, обработанная по краю. И две сетки-задники, в основе которых рыболовные сети с ячейкой 25х25, окрашенные в черный цвет в театральной «красилке», например, такая есть в мастерских Большого театра. Далее собранная в размер сетка натягивается на гвозди на полу. На сетку накладывается силуэт Медного всадника и Храма. К сетке пришивается кушак с вязками сверху и карман снизу для оттяжки трубой.

Это всё ручная работа — мы печатали шаблоны, вырезали их, раскатывали бархат, вырезали его так же вручную с проклейкой края и пришивали к сетке. Это древний труд и на сцене в театре такие декорации смотрятся очень эффектно.
Спектакль «Пиковая дама» вела наш молодой технолог Юля Виноградова, которая не так давно у нас работает. У Юли хорошее техническое образование, она закончила Балтийский государственный технический университет «Военмех» им. Д.Ф. Устинова. Когда мы искали третьего технолога, хотели взять именно нетеатрального человека, у которого в голове больше структуры. Юля прекрасно владеет всеми необходимыми компьютерными программами и настолько логичная и структурная, что ей было несложно разобраться во всех театральных премудростях — она отлично справилась с проектом с поддержкой наших цехов.
Юлия Виноградова, технолог, куратор проекта:

«Помню, когда я только устроилась на работу в мастерские, мы с коллегами пошли на спектакль в Мариинку, в антракте все обсуждали декорации, костюмы, а я ничего сказать не могла, почему? — Да потому что видела лишь артистов и их игру, я тогда не могла понять, как это, когда перед тобой разыгрывается целая история, ты смотришь на то, что за ней, сквозь игру.

И вот... спектакль «Пиковая дама». Генеральный прогон. Я в зале, в руках билет, и я не вижу ничего кроме декораций. Все вокруг ахают от танцоров, а у меня замирает сердце от передвижения портальных стен и от качания люстр. Я не досиживаю до конца первого акта и ухожу за кулисы, здесь мне спокойнее. Многие даже не представляют себе, что творится за кулисами во время спектакля, да и я совсем недавно этого не представляла.

Кажется, вот идёт спектакль, сидят спокойно зрители, на сцене красиво выстроены декорации, под звуки оркестра по сцене парят балерины. Так вот, в это же время за кулисами творится такой кипишь, такая работа, двигаются декорации, бегают монтёры, костюмеры, художники, музыканты, все кричат-галдят, спотыкаются, падают. Но именно здесь я вижу, что наши элементы на месте, что они работают, что бессонные ночи мастерских не прошли зря.

А проблем у нас было немало! Мало того, что этому спектаклю достался начинающий технолог в лице меня, так ещё и декорации полностью изменялись по ходу работы. Вернуть всё это назад, вряд ли бы я вписалась в эту игру... хотя нет, подождите, где бы я ещё ощутила такой адреналин?»